|

Календарь памятных дат: Матвеев Евгений Михайлович

Проекты | Персона | Памятные даты: Матвеев Евгений Михайлович

Приблизительное время чтения: 10 минут

«Календарь знаменательных и памятных дат истории УВД Читинской области на 1996 год»
Типография ХОЗО УВД Читинской области, Чита, 1996

Очерк А. Власова «Матвеев Евгений Михайлович (1886—1943). 110 лет со дня рождения». При публикации использованы документы и фотографии из архива музея истории УМВД России по Забайкальскому краю.

Родился 2 февраля 1886 года в казачьем селе Богдать Нерчинско-Заводского уезда Забайкальской области (ныне Газимуро-Заводский район). Учился в сельской школе, затем в горном училище. В 1911 году Евгений Матвеев поступил в Московский городской народный университет имени Шанявского на общественно-юридический факультет, который с успехом окончил.

В начале 1916 года он вернулся в родное Забайкалье. Работал инструктором Забайкальского областного союза кооператоров. Был одним из организаторов общества потребителей.

Е.М. Матвеев начинает выделяться как уже достаточно зрелый и высокообразованный общественный деятель с демократическими устремлениями. Разделяя в это время взгляды общественных организаций, выступавших за углубление и дальнейшее развитие буржуазно-демократической революции, он в апреле 1917 года вошёл в состав Забайкальского областного комитета общественной безопасности (КОБ) — о́ргана власти Вре́менного правительства в Чите.

О своей партийной принадлежности в тот период он писал в автобиографии: «В 1917 году я был социал-демократом-интернационалистом 8 месяцев, так как в Чите организация была объединённая. С января 1918 года я член РКП(б)».

Вместе с видными политическими деятелями Д. Шиловым, И. Бутиным, братом Н.М. Матвеевым и другими Е.М. Матвеев принимает активное участие в подготовке и осуществлении февральского революционного переворота.

А. Власов. Из статьи «Министр ДВР». «Забайкальский рабочий» №216 от 13.11.1992

Братья Матвеевы Николай Михайлович (1877—1951) и Евгений Михайлович
(1886—1943) вошли в историю Забайкалья как видные революционные, государственные и общественные деятели.

Старший Н.М. Матвеев был в 1918 году председателем совнаркома при Забайкальском облисполкоме, а в период ДВР — сначала заместителем, а затем председателем республиканского правительства. Впоследствии жил в Москве, работал в ряде правительственных учреждений. После ухода на пенсию занимался литературной деятельностью. В честь Н.М. Матвеева названа улица в г. Чите.

Младший Е.М. Матвеев широко известен как первый комиссар внутренних дел Забайкальского облисполкома (1918) и министр внутренних дел ДВР, затем — председатель Высшего кассационного суда.

После установления Советской власти начинается новая полоса активной деятельности Матвеева как члена Забайкальского областного комитета советских организаций. В конце марте — начале апреля 1918 года состоялся III съезд Советов Забайкалья, после которого Матвеев становится первым комиссаром внутренних дел Забайкальского облисполкома.

Именно благодаря его усилиям были сохранены старые профессиональные кадры в руководящем аппарате и участках милиции Читы. Разработана «Краткая инструкция для милиционеров Читинской городской милиции».

В конце 1918 года Советская власть в Забайкалье пала. Матвеев вместе с другими первыми советскими руководителями Забайкалья уехал на Дальний Восток, где начал организовывать партизанскую борьбу против белогвардейцев и японских захватчиков.

Группу партизан, в которую входили братья Матвеевы, предал японцам один из зимовщиков. Е. М. Матвеев с братом попал в лагерь военнопленных. Освободили их хабаровские красные партизаны. Затем с апреля по сентябрь 1920 года Евгений Михайлович исполнял должность комиссара иностранных дел Амурского облисполкома. 

Вскоре после освобождения Читы (22 октября 1920 года) от интервентов и белогвардейцев Матвеев направляется сюда на руководящую работу в МВД ДВР. Сначала он исполнял обязанности заместителя министра, а с 4 мая 1921 года до 1 мая 1922 года — министра внутренних дел.

А. Власов. Из статьи «Министр ДВР». «Забайкальский рабочий» №216 от 13.11.1992

По специальному распоряжению правительства ДВР Е. Матвееву, как опытному юристу, были даны полномочия председателя Высшего кассационного суда по политическим делам для проведения ряда политических процессов, наиболее крупным из которых был процесс по делу «Красных казарм». Об этом Евгений Михайлович писал:

«Одно из самых страшных и кошмарных преступлений семёновщины — это ликвидация Троицкосавской тюрьмы, в которой содержались политзаключённые, прибывшие в “поездах смерти” из эвакуированных белогвардейцами тюрем различных городов Сибири и Урала.

На суде было установлено, что чины семёновской власти в Троицкосавске за период времени с 27 декабря 1919 года по 9 января 1920 года расстреляли и зарубили заключённых тюрьмы “Красные казармы” в количестве около 1 тыс. человек».

Этот процесс, проходивший со 2 по 7 марта 1921 года, был одним из самых громких и потрясающих того времени.

Весьма сложной была оперативная обстановка, вызванная разрухой и голодом, недостатком опытных кадров в правоохранительных о́рганах и оружия. В отчёте о начальном периоде деятельности Главного управления милиции ДВР — с 29 ноября 1920 года по 31 января 1921 года — отмечалось, что «милиция в Забайкальской, Амурской и Приамурской областях и в городе Чите оказалась совершенно дезорганизованной, разоруженной, раздетой, разутой и голодной».

Весною 1921 года правительство ДВР по представлению Министерства внутренних дел вынуждено было издать «Постановление о необходимости принятия чрезвычайных мер по борьбе с развившимися преступлениями (грабежи, убийства и др.) в городах ДВР».

Вот как характеризовал состояние преступности в Чите начальник городской милиции В.Е. Сержант в рапорте от 12 июня 1921 года:
«За последнее время в Чите появилась масса всякого отброса в виде преступного элемента и прочих, а вместе с этим участились и случаи краж, грабежей и убийств. В городе расплодилось множество тайных домов терпимости, опиумокурилен, морфинилок и других притонов, где и находят себе приют лица обоего пола, занимаясь там пьянством, развратом и сговором на преступные деяния…».

В этих сложных условиях наряду с укреплением органов милиции требовалось создать законодательную, правовую основу деятельности милиции, госполитохраны. Е. Матвеев помогает правительству ДВР разрабатывать «Закон о милиции». 3 сентября 1921 года он был принят и утверждено «Положение о народной милиции Дальневосточной республики».

Е. Матвеев нашёл взаимопонимание у военного министра ДВР В.К. Блюхера, который помог перевооружить милицию, укрепить руководящие кадры армейскими специалистами. В августе 1921 года в Чите открылась первая милицейская школа командного состава ДВР с четырёхмесячным, а впоследствии с полугодовым сроком обучения. Она стала настоящей кузницей милицейских кадров.

Во время одной из поездок в город Сретенск на Матвеева было совершено покушение. Группа злоумышленников попыталась ночью захватить дом, в котором остановился министр. Был ранен хозяин и один из гостей. 

Е. Матвеев. Статья «К десятилетию освобождения ДВК от японских интервентов». Газета «Финкор» № 36/63 от 7 ноября 1932 года (о́рган бюро ячейки РКП(б), ВЛКСМ и месткома НКФ СССР).

Февральская революция застала меня в далёкой, глухой деревне Забайкалья. В марте 1917 года я был избран ют революционных казаков своей Богдатской станицы делегатом на 1-й казачий съезд. На съезде меня избрали членом областного совета крестьянских, казачьих и бурятских депутатов. Затем я работал в качестве тов. председателя этого совета.

От совета и Забайкальского войскового революционного комитета (казаков) я часто выезжал на места в качестве уполномоченного и вёл решительную борьбу с «казакоманами», явившимися сторонниками … //текст отсутствует// …  в то время контрреволюционной атаманщины, опирающейся на кулацкую часть казачества и реакционно-черносотенное офицерство. 

В июне 1917 года меня избрали на казачий съезд, на котором происходила ожесточённая борьба между защитниками казачества, как сословия со всеми его привилегиями, и их противниками — представителями середняцкой, бедняцкой и батраческой части казаков. На этом съезде я вновь был избран левыми казаками в областной совет депутатов. 

В Октябрьском перевороте в Забайкалье я принимал самое активное участие. Организацией большевиков я был назначен членом комитета советских организаций Забайкальской области, а потом членом Забайкальского совнаркома и комиссаром внутренних дел Забайкальской области.

Последнюю должность я занимал до ухода советской власти из Забайкалья (26 августа 1918 года), работая из одновременно и в качестве председателя Забайкальской областной комиссии борьбе с контрреволюцией и спекуляцией. 

Принимал активное участие в организации красной гвардии, участвовал в красногвардейском отряде в Забайкалье (1917—1918) и в красно-партизанском отряде в Амурской области (ДВК). Сейчас состою членом Дальневосточного землячества участников гражданской войны при Центральном доме Красной армии. Указанные отряды красной гвардии и партизанские отряды действовали против белогвардейщины и иностранных интервентов на Дальнем Востоке, главным образом против японцев. 

За революционную деятельность 1919—1920 гг. я неоднократно подвергался обыскам, арестам, сидел в тюрьме в лагере военнопленных у японцев в Благовещенске и Хабаровске, откуда был освобождён по требованию Хабаровского революционного штаба красных партизан.

За время существования Дальневосточной республики (1920—1922) я занимал ряд ответственных должностей: был министром внутренних дел ДВР, председателем высшего кассационного суда, был избран от рабочих, трудящихся казаков и крестьян членом учредительного собрания ДВР и др.

В труднейших условиях, в сложнейшей политической обстановке большевистская партия проводила на Дальнем Востоке политику, которая обеспечила наиболее быстрый переход к советам, как форме диктатуры пролетариата. В ноябре 1922 года на всём Дальнем Востоке была объявлена власть советов.

Евгений Михайлович всегда чутко улавливал атмосферу общественно-политической жизни. Его беспокоила нравственная сторона в деятельности органов правопорядка, чистота их рядов. Характерен в этом отношении один из подписанных им документов:
«Из поступающих ко мне жалоб населения усматривается, что агенты милиции до старших включительно обращаются с населением некорректно, позволяя себе повышать голос на просителей, не выслушивая их заявлений и т. д.

Подобное обращение населением было обычным явлением в прежних полицейских участках, но отнюдь не допустимо в исполнительных о́рганах народной власти, одним из каковых является народная милиция, обязанная наиболее близко стоять к населению…».

В мае 1922 года правительство ДВР назначило Евгения Михайловича председателем Высшего кассационного суда ДВР. И здесь он проявил себя как хороший организатор и высококвалифицированный юрист. 

С 1 по 25 октября 1922 года он провёл в Чите крупный процесс по делу уголовной банды Ленкова, когда перед судом предстало 73 преступника.

Председатель Высшего кассационного суда ДВР Е.M. Матвеев (в центре) с членами суда Модеко (слева) и Берсеневым (справа) после окончания судебного процесса над бандой Ленкова.
25 октября 1922 года.

В феврале 1924 года его отозвали на работу в Москву с назначением на должность секретаря пленума Верховного суда СССР. С конца 20-х годов он работал в системе Всероссийского союза кооперации инвалидов, затем в наркомфине СССР и в Верховном суде РСФСР.

В середине 30-х годов Матвеев тяжело заболел (резкое истощение нервной системы, церебральный атеросклероз, радикулит), долго лечился, затем ушёл на пенсию. В начале Великой Отечественной войны семья Матвеевых эвакуировалась в Барнаул. Переезды, резкая перемена образа жизни, трудное военное время — всё это ещё более усугубило состояние здоровья Евгения Михайловича. На пути возвращения в Москву 18 апреля 1943 года он скончался и был похоронен в Новосибирске.

Материалы из фонда музея

Трудовой список Е.М. Матвеева

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *