|

Правда о походе Петра Бекетова в Забайкалье. История похода

Проекты | Город | История похода Петра Бекетова в Забайкалье

«Пора исправлять допущенные ошибки в истории Забайкалья»
Сборник очерков и статей о походе Петра Бекетова в Даурский край и основании Читы.
Чита, Экспресс-издательство, 2021

От автора

Прежде чем начать прочтение книги, в которой исторические очерки посвящены истории похода П. Бекетова в Даурский край в 1653—1654 гг., следует внимательно ознакомиться с его «Отпиской», которую он оформил и отправил в начале 1654 года воеводе Енисейского воеводства Афанасию Пашкову. Это единственный документ, который исходит непосредственно из уст самого Бекетова, в нем он достаточно объективно изложил все тяготы продвижения отряда по р. Хилок до озера Иргень, через Яблоневый хребет на р. Ингода.
В «Отписке» читатель не найдёт упоминание Бекетовым слов «река Чита» или в этом же названии «поселение Чита». Поэтому отписка напрочь отметает сфабрикованные ложные измышления историком Изгачёвым в части похода Бекетова, строительство Читинского острога и основание Читы, она даёт возможность установить истинно объективные обстоятельства похода Бекетова в Даурский край, что соответствует правдивой исторической действительности.

Возвращаясь вновь к истории похода Петра Бекетова с казаками в Даурский край (Забайкалье) в 1653—1654 гг. следует отметить, что сегодня этот исторический поход во всех его деталях объективно подтверждён в достаточной мере многочисленными исследованиями историков, писателей, краеведов, о чем свидетельствует значительное число их научных статей и работ, материалы научных конференций, книг и проведенные экспедиции по следам похода Бекетова с казаками.

Вместе с тем, при освещении этого похода был допущен ряд ошибок, а отдельные историки, писатели запутали не только забайкальцев, но самих себя; допущены явные искажения, ложные сведения, что вводит в заблуждение общественность края, а также наших гостей, туристов в части основания города Читы; при этом допущены нарушения правовых норм, регулирующих исторические факты. 

Прежде чем изложить основные аспекты статьи, следует для лучшего осмысления и понимания напомнить читателю историю похода Бекетова. 

С 1651 года Енисейское воеводство возглавил воевода Афанасий Пашков, как и многие его сибирские коллеги, желал отличиться перед центральной властью, занеся в свой послужной список присоединение и объясачивание новых территорий. При этом приказчик Баргузинского острога Василий Колесников подсказал Пашкову мысль об основании нового острога около озера Иргень. 

А прибывшие от Колесникова казаки — Яков Софонов, Иван Чебычаков, Максим Уразов, Кирилл Емельянов, Матвей Сауров — были тщательно расспрошены Пашковым о путях на Иргень и реку Шилку, поскольку они уже бывали там. После этого у Пашкова окончательно созрел замысел организации экспедиции, которая должна была основать в указанных местах два острога.

Во главе экспедиции был поставлен Пётр Бекетов, сын боярский. Под его началом оказались пятидесятники Иван Максимов, Дружина Панов, Иван Котельников, Максим Уразов и другие.

А. Пашковым и П. Бекетовым был разработан план продвижения отряда в земли, которыми владели монголы, путь этого продвижения пролегал с озера Байкал вверх по реке Селенга до устья реки Хилок, которая впадает в Селенгу, а затем вверх по реке Хилок до озера Игрень (река Хилок берёт своё начало из озера Шакша).

В задачи отряда Бекетова входило строительство двух острогов: одного на Иргень-озере, другого на реке Шилке, на её притоке р. Нерве, а также оставалась прежняя задача — обложение ясаком «инородцев». Были и негласные задачи, казаки должны были призвать в русское подданство все окрестные роды и племена, а также объявить, что Бекетов идёт «не с войною и не с боем». Занимался Бекетов и поисками золота и серебра.

В начале июня 1652 года отряд Бекетова в составе 100 человек выступил из Енисейска, для него это был последний поход. Отряд продвигался на больших дощаниках по рекам Енисею, Верхней Тунгуске и Ангаре. Несмотря на интенсивное продвижение отряда, через два месяца он достиг только Братского острога, Бекетову стало ясно, что за лето дойти до конечной цели отряду не удастся, и он решил зазимовать на берегу Байкала. 

Тем не менее Бекетов из Братского острога отправил 12 казаков во главе с Иваном Максимовым «налегке через Баргузинский острог на Иргень-озеро и на Великую реку Шилку».

С Максимовым шли уже побывавшие на Иргене Софонов и Чебычаков. Поскольку дальнейшее продвижение отряда пролегало по рекам Селенга и Хилок, а в отряде Бекетова никого не было, кто бы знал этот водный маршрут. Поэтому Максимов должен был с озера Иргень и верховья р. Хилок спуститься по ней навстречу основному отряду Бекетова. 

Совершив плавание по Ангаре до озера Байкал, а затем, переправившись через Байкал, Бекетов с казаками остановились в заливе Прорва, близ устья реки Селенги. Это как раз на том месте, где ровно год тому назад 7 октября 1650 года с ответным визитом к правителям «Халха-Монголии» направлялась Российская посольская миссия во главе с послом Ерофеем Заболоцким. 

Достигнув восточного берега Байкала на дощанике, остановились в районе залива Прорва, где ждали подводы от хана Халха-Монголии для дальнейшего продвижения. На Байкале в это время наступила пора холодных ветров и затяжных штормов. Дощаник был плохой защитой от непогоды. Исходя из этого, посольство принимает решение высадиться на берег, к тому уже на берегу были зимовья рыбаков. 

Первыми сошли с судна 8 человек вместе с Заболоцким, в том числе и его сын Кирилл, часть служилых остались на судне караулить «государеву казну». Под покровом ночи на спящих у костра членов посольства напал отряд бурят-монголов. В считанные минуты погибли все 8 человек, не успевших взяться за оружие. 

На месте захоронения убитых посланцев Бекетов с казаками водрузили общий православный крест. Впоследствии в 1681 году игумен Феодосий и иеромонах Макарий с братию основали Посольский Спасо-Преображенский монастырь. В настоящее время здесь расположено село Посольское. 

Говоря о Халха-Монголии, следует сделать небольшое пояснение. Территория Халха-Монголии в то время разделялась на восточное и западное крылья. Западное крыло представляли владения Алтын-ханов. На севере они доходили до верхнего течения Енисея, на юге – до монгольского Алтая, а на востоке — до реки Селенга и озера Хубсугул, на западе — до Джунгарских кочевий. На рубеже XVI – XVII веков первый Алтын-хан Шолой Убаши находился в зените своего могущества.

В 1631 году его место занял сын — Омбо-Эрдени, которого сменил Лоджан. Глава восточного крыла получил титул «джинон» — Шолой Далай – джинон, а позднее титул «хан» — Шолой Сэцэн (Цецен) — хан. Поэтому восточная часть Халхи ещё называлась Cэцэнхановским аймаком. Забайкалье же, где властвовал зять Цэцен-хана  Турухай-Табунан Борсоя, именовалась как Северная Халха-Монголия.
//Материалы по истории русско-монгольских отношений. 1636—1654. Сборник документов — М., 1974, с. 5—6//

Высадившийся отряд Бекетова на Байкале в заливе Прорва фактически застала зима 1653 года. Залив Прорва — это место является стратегическим, самым удобным на всём юго-восточном побережье Байкала. Здесь было удобное место для отстоя судов от ветра и штормов. Отсюда начинается сухопутная дорога вверх по Селенге. Отсюда казакам было удобно организовывать рейды вверх по Селенге и в Монголию. Отсюда зимой можно было быстро добраться до устья Иркута.

Само устройство на зимовку Бекетова с казаками на Прорве происходило не на пустом месте. Основу его составляли, вероятно, зимовья артелей рыбопромышленников и зверопромысловиков. А в последнее время появилась версия о том, что осенью 1647 года отряд Ивана Похабова, возвращаясь с Селенги, построил укреплённый острожек для перезимовки в ожидании посланцев из Баргузинского острога отряда В. Колесникова в заливе Прорва.

Место своей зимовки в своей челобитной Бекетов называет «новым государевым зимовьем», а в донесении в Сибирский приказ Бекетов не сообщает, что этот государев новый острожек поставлен им. Из челобитной можно понять, что Бекетов идёт уже в существующее на берегу Байкала «государево зимовье».
//С.В. Снопков. «Култукский острог. Факты и гипотезы». Известия лаборатории древних технологий. №1 (14). 2015, с. 190)//

Следует напомнить, что по пути на Байкал летом 1652 года Бекетов отправляет из Братского острога отряд пятидесятника И. Максимова налегке на озеро Иргень, через Баргузинский острог. Отряду Максимова велено добраться до озера, «поделать струги добрые гребные и идти навстречу отряду Бекетова (по Хилку и Селенге)», который будет ждать в зимовье на Байкале. Однако эта встреча не состоялась. 

Что касается строительства Бекетовым Усть-Прорвинского острога, то это ничем не подтверждено, да и в задачу отряду построение этого острога не входило. А утверждение читинских историков А.В. и Н.Н. Константиновых, историка Республики Бурятия А.В. Тиваненко о том, что на Прорве был построен острог, являются ошибочными. В 1665 году был построен Селенгинский острог.

В апреле Бекетов из зимовья на Прорве троих служилых людей — А. Афанасьва, Л. Пермитина, Ф. Васильева послал для сбора ясака и отыскания новых землиц в Даурский край. На самом деле послал он их с разведывательными целями. Вероятно, все трое были заранее подготовлены для встречи с монголами, они хорошо знали монгольский, бурятский, тунгусский языки.

Для них был определён конкретный маршрут. Вышли они с побережья Байкала на Мантурово зимовье и далее «шли по Мунгальской дороге через Камень пять дней (через хребет Хамар-Дабан)». На шестой день они дошли к монгольским людям. Там посланцам дали подводы, корм, «довезли на подводах к Кунтуцину-царевичу».
//С.А.Гурулев. «Первожители Забайкалья». Иркутск. 2014, с. 59//

Царевич принял посланцев дружелюбно, приказал напоить, накормить. За столом он спрашивал: каким путём на конях или водою пожаловали русские, много ли людей идёт на службу, каким путём они пойдут дальше, какой длины и ширины суда, сколько человек размещается на судне?

Он получил полные ответы — идут русские водным путём, на судах, на каждом судне размещается по 30 человек, суда длиной 9 саженей, в ширину 3 сажени (сажень равняется 2,1336 м). Получив ответы, царевич сказал, что на таких судах до Иргень-озера дойти нельзя, потому что велики суда не по воде, — «Килка де река мелка и узка».

Царевич рекомендовал посланцам идти по другой реке, которая «выше Килки-реки горазно, в Селенгу же де пала, а от устья к Килке до тое реки 9 дней ходу и больше, а пала де та река в Селенгу с левою сторону. А вершина де той реки пролегала по близку с Шилкинской вершины, а водою де та река глубока, а не широка, а долга де та река добре… а волок де туды на Шилку не велик…».

Посланцы, вернувшись, принесли на Байкал Бекетову добрые вести. Монголы не препятствовали прохождению отряда на Шилку. Посланцы принесли и весьма важные сообщения о позиции монголов в отношении русского обложения ясаком бурятских и тунгусских племён. Выведали посланцы у монголов и сведения о золоте и серебре. Монгольский царевич им отвечал, что приходит ему «серебро и золото из Китайского… там де родитца у китайского царя у богды, и болванов де тех литых у богды царя много…».

Получив столь приятные и утешительные све́дения от посланцев к монголам, Бекетов теперь был обеспокоен отсутствием людей Ивана Максимова. И не дождавшись их, одиннадцатого июня Бекетов с отрядом двинулся на стругах и дощаниках от зимовья на устье Прорвы вдоль берега по Байкалу до устья Селенги. С устья Селенги реки до устья Хилок реки отряд плыл 8 дней. Он специально вошёл на дощаниках в устье Хилка.

И здесь его одолевают навеянные советом монгольского царевича сомнения, сможет ли он на дощаниках подняться рекой до Иргень-озера. Бекетов дальнейшее продвижение приостановил и с устья Хилка послал четверых служилых людей во главе с А. Черкашениным проведать Хилок вверх по течению, а заодно посмотреть, не объявится ли Максимов с товарищами. 

Но вот наконец-то, второго июля по Хилку на двух стругах приплывает Максимов с 12 служилыми и 9 охочими людьми. Он привёз собранный в царскую казну ясак — 6 сороков, 4 соболя.

Первым делом Бекетов беспокоится о царской казне, распоряжается принять ясак выборным целовальникам И. Фомину и К. Емельянову, запечатывает ясак своей печатью и повелевает положить царскую казну (надо сказать, что у русских, где бы они ни находились — в походах ли, на зимовьях ли, — всегда особо хранилась и охранялась царская казна, отдельно ясачная, денежная, хлебная, соляная). 

Максимов подал Бекетову «роспись и чертёж Иргени-озеру, а иным озёрам, и Килке-реке, которая пала из Иргень-Озера, и Селенги реке, и волоку, Ингоде реке, и Шилке реке и иным рекам, которые пали в Витим реку из Иргени озёра и из иных озёр» (с.62). Это был, пожалуй, первый русский чертёж забайкальских земель. К сожалению, он до сих пор не найден. 

И. Максимов на вопросы о причине задержки отвечал, что он не послал посланцев к нему Бекетову, как пришёл на Иргень озеро только потому, что осенью они поздно пришли, озеро и стоки из него находились уже подо льдом, что лёд был выше колена, а задержка весной объясняется тем, что Иргень-озеро и Хилок поздно освобождаются ото льда. Кроме того, он Максимов не мог тронуться с Иргень-озера ещё и потому, что ждал служилых людей с ясаком. 

Он рассказал также о том, что все они голодали, насилу голодные сделали суда на озере, голодные сплывали по Хилку целых три недели, потому что без хлеба люди не могли грести, кормились рыбой, которую ловили неводишком. Вот почему И.аМаксимов не смог прибыть на встречу с Бекетовым в зимовье в заливе Прорва. 

Бекетов с реки Хилок отправил в Енисейск тридцать пять служилых во главе с Максимовым. На Ангаре они снова подверглись нападению бурят, Максимов отбился и сохранил соболиную казну, хотя во время боя два казаки были убиты и семь ранено. 22 августа казаки предстали перед Пашковым, а затем последний отправил Максимова в Москву. 

Тем временем эпопея отряда Бекетова продолжалась. Пришлось из-за мелководного Хилка переделывать дощаники в плоскодонные суда, на переделку ушло три недели. Плавание против течения по Хилку оказалось трудным, и к месту назначения отряд подошёл только в конце сентября 1653 года. 

Вот как в Отписках из Иргеньского острога Бекетов сообщал:
«А служилые люди все едва дошли до Иргень-озера теми барками со всеми своими запасы, все обезножили и без рук и без грудей стали и опухли все, потому што Килка река мелка и кривлевата, и быстра добре до Иргеня озера». 

Завершив поход до озера Иргень, что сделал Бекетов первым делом:
«А пришёл я на Иргень со служилыми людьми на завтрее, взяв с собой служилых людей четыре человека, пятидесятника казачья Ивана Котельникова, да десятника казачья Ивашка Герасимова Чебычакова, да Якунку Иванова Попова, да Федотку Семенова Мантурова ездил на конях проведывать Иргеня озера и Шапши и Яроклея, каковы оне в длину и поперёк и как из них истоки текут и каковы волоки от тех озер на Онгиду реку, сколь велики и не грязны ли и не гористы ли. А волок што против Иргеньского острога на Онгиду реку, и тово волоку меньше и глаже и сушае, и всем угоднее негде нет.

 А величиною Волок от Иргеньского острогу до Онгиды реки по смете вёрст з двадцать есть. А от Иргеня озера до половины волоку лес есть всякой. А споловины волоку к Онгиде реке степ, лесу нет никакова, лишь край Онгиды реки, где Волок, лес есть, бор большой, суды можно делать. А больших судов дощаников через Волок от Иргеня озера на Онгиду реку переволочь не мошно»
//Отписка Петра Бекетова из Иргенского острога. После 20 января 1654 года. Взято В.Ф. Балабановым из Архива Академии наук, Ленинградское отделение. Ф. 21, оп. 2, № 22, л. 326—331. Стиль, орфография и пунктуация сохранены.// 

А главное, что было сделано — это на Иргени озере отряд казаков Бекетова поставил острог, названный Иргенским. Этот путь начинался от озера Иргень вдоль речки Рушмалей, которая вытекает от Яблонового хребта на западной стороне и впадает в р. Хилок. После перевала хребта дальнейший путь начинается с истока одноимённой речки Рушмалей на восточной стороне хребта, которая впадает в р. Ингода.  

Предстояла ещё задача о постановке острога в устье р. Нерча, впадавшей в р. Шилка. Дальнейший путь отряда с Иргенского острога лежал через Яблоневый хребет на реку Ингода, по которой можно плыть вниз по течению до соединения с рекой Шилкой, откуда предстояло ещё проплыть вёрст пятьдесят до устья р. Нерчи.

Бекетов одновременно со строительством Иргенского острога направил 30 служилых на реку Ингода и приказал им делать плоты. И на них еще до наступления зимы думал дойти до Шилки. Через несколько дней Бекетов тоже прибыл на Ингоду. Как только были подготовлены плоты, 29 октября 1653 года Бекетов с отрядом, погрузившись на плоты, начали сплав. Проплыв вёрст 10 по Ингоде, по которой сплошным потоком плыла ледяная шуга, а дальше течение реки уже было сковано льдом. 

Тогда Бекетов, чтобы не тащить груз обратно в Иргенский острог, приказал казакам построить зимовье, в котором перезимовать до весны. Десять казаков во главе с десятником Максимом Уразовым послал сухим путём (по суше) искать на устье р. Нерча место, где можно острог заложить. А сам вернулся назад в Иргенский острог, оставив в зимовье 20 человек для охраны провианта и амуниции. 

В конце 1653 года Уразов построил недалеко от устья Нерчи, на правом берегу Шилки «малый острожек», о чём доложил Бекетову. Последний изложил это в отписке Пашкову, заверив воеводу, что весной 1654 г. он поставит на выбранном Уразовым месте большой острог. 

Весной 1654 г. Бекетов оставил 18 человек в Иргенском остроге, с остальными 21 человеком вернулся на Ингоду, где взял к себе 20 казаков, оставленных в зимовье и отряд продолжил свой путь на плотах на реку Шилку в новопоставленный острог.

Проплывая мимо устья притока Ингоды реки Чита, Бекетов так и не узнал о её существовании, которая впоследствии станет опорным пунктом, связующим звеном на пути между западом и востоком.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *